Культурный журнал

Дружба после смерти

Дружба после смерти

По мотивам стихотворения Ланы Лэнц

Много-много лет назад на песчаном бережку неизвестной дотоле речушки жила-была старая-престарая седая старуха с котом своим. Ух, какая рачительная баба была! Персты да уста еёные, поговаривали, из злата скованы. Мол, все делала начисто и по делу баивала, потому ни с кем и не бранилась. Вестимо, она и горазда на стряпню была. Ох, аж кот усы умывал после её кудесных яств, николи плохо она не сварила ничего. Да вот старуха-то хороша, да не в рубахе родилася. Чадо за жизнь свою так и не народила, да старика своего так и не встретила. Поди, порчу навеяли, ан нет, гадали ей гадалки, так и не вызрели колдовство. Вот с рыжим котом Василием последнюю десятку она и жила. Все дуванила с ним, будь то калья, будь то уха. Ну да ладно… Балакать-то долго можно, да вот байки байками, а сказ-то поджидает.

Однажды к ним незваная гостья нагрянула, в дверь постучавши.
— Шо ж не отверзти-то, авось хотят меня на говор позвать, — подумала баба, и, по простоте своей, отворила дверцу.

Вошла на порог её худая сердитая старуха с клюкой в руках. Постучала ею по полу да запричитала:
— Ох, старая, старая… Что ж раньше-то я тебя не забрала? Жила б себе такая золотинушка в златой избе со всеми прелестями, без бед и с челядью при себе. Ох, баба, баба…

А кости из её лица так и выпирают, что аж и кожи не видано. На голове три волосины, а голос скрипучий, будто беду предвещает. Тут ей и говорит старуха:
— А хто это вы? Я никого не звала… Ишь, пришли, куда не надобно. Может, вы этот, как его, похитник? А вот я вас пускаю. Говорите, что надобно, раз стучались!
— Тьфу, я не за тем посюдова ступала, чтоб на пороге постоять, а по делу… — вскинула голову костлявая. — Смерть я, голубушка, Смерть… Собирайся! Даю время до зари, а там уж в горницу к тебе пожалую и тебя отниму от мира сего.
— Ох, а что ж так быстро? Я ж и пожить-то не успела, а уже туда зовут, — показала смертная пальцем в небо.
— Не успела? — ухмыльнулась Смерть. — Тебе уж второй десяток пошёл, я ж тебя задержала, милушка!
— Ох, а кот-то мой, Васька, как? Помрет же без хозяев! — умоляла баба.
— Тьфу, как противна мне суета твоя. Ну, не пойдешь, так кота отберу. Ты уж решай сама, поколе тебе надо.

Тут баба встряхнулась, приободрилась. Видит: уже выход есть, да веры не теряла.
— А может, все же, никого? Я вас могу и юшкой своей покормить, вы садитесь, госпожа, садитесь, — приглашает баба к столу. — Я ж на стряпню-то горазда, да, Василий? Дааа, мой холоний! Мне ж челядь-то ваша не надобна, — махнула рукой та, — мне жить охота!
— Прям дивлюсь я вашей упрямотой! Но переубедить Смерть никто не может, я побрела. До зари, смертная!

И ушла…

— Что же делать нам, друг? — схватила в ручищи баба кота своего. — Без тебя мне никак не прожить даже в раю. Да и ты без хозяев не протянешь и дня. — Выдохнула она, — ну, никак не рядиться мне с нею, как курица на своём стоит! Аспида! — ругнулась баба и уста свои прикрыла. Почла стряпню кудесить, душеньку успокаивать…

***

Ягодный закат пеленой накрыл небо деревушки. Васька мурлыкал под столом, янтарная шёрстка его вспушилась от лёгкого холода. Старушке тоже зябко, сидит на стульчике, чуть живая…

А на улочке уютно… Смолой пахнет да цветами, опьяняющими разум… Речка хрустальная, берег песчаный, золотой, покой берегут.

Время пришло, Смерть вместе с ним…

— Отвечай уж… И не предлагай мне ни чаю, ни юшки. Не в гости пришла, у меня ещё, поди, много клиентов.

Выпучила свои зеницы баба и сдуру ляпнула:

— А хто это такие, хлиенты?
— Ты мне зубы не заговаривай!
— Ай, тьфу на них! В преддверьи полдня забирай нас двоих! Только ты это, разом бери, а то обманёшишь ещё!

Схватилась за голову Смерть и захохотала криком совы.

— Гордая ты баба, ну да ладно. Послужу тебе верой и правдой! — сказала она, посмеявшись.

— Я надеюсь, в раю или где ещё мы с Васькой найдём друг друга.
— Собирайся, собирайся. Бери, шо тебе надобно. Может, помело, может, хусточка, а то и жбан. Кто знает, авось тебе все понадобится. Ты ж баба странная, заберу вас в преддверьи полдня. Гляди, найдешь ты рыжего своего, инда по усам, авось по глазам…
— Спасибо, ох, спасибо! Добрая ты, Смерть, добрая, хоть и жизнь отнимаешь.

Подошла старуха к иконе и стала молитвы шептать да кланяться.

А потом схватилась за сердце, будто что-то случилось. Странная, однако, бабуля.

— А куда я потом-то денуся?
— В 21-й век, милушка, 21-й век… Там в моду войдут компьютеры, планшеты, телефоны… Да придешь — узнаешь! И кот твой узнает.

Смертная не ведала, что такое «в моду», ей это слово сразу не понравилось, впрочем, как и все остальные. Поэтому и решила замолкнуть — глядишь, за умную сойдёт. Но, погладив кота, она оставила помыслы и снова допытавать стала, шо да как, где да почему.

— А зачем мне всё это? Может, куда полехче?
— Ну, это уж не тебе решать, — буркнула Смерть. — Я, главное, дело сделала, теперь можно идти нам…

***

Светлана, зеваючи, переворачивала блины на сковородке. Румяные, аппетитные — струйкой ароматной разлился запах по кухонке, плавно направляясь в коридор. Ключ застучал в замке. Поняла мать: дочка с магазина пришла, тапчумбами своими по полу возюкает, грязь разносит.

— Мама, мама! — кричит девчушка.
— Привет, доча, привет. Ты не мешайся, тут форточка открыта.

А у дочери так и горят от счастья её голубые глаза, в которых полыхает важный вопрос:
— Мам, а ты котов любишь?
— Ну, что тебе надо? — с ленцой в глазах глянула на дочь Светлана.
— Кх, кхэм… его, — дочь боязно указала на рыжую мордочку, глядевшую из-за стенки коридора на них.
— Тебе разрешали мусорников сюда приводить? — отрезала мама и, будто не имея к случившемуся никакого отношения, снова подошла к плите.
— Но мааам, он на кого-то сильно-сильно похож.
— На кого же?

Девочка сама не понимала, что особенного она увидела в этих янтарных глазах и ободранных усах. Но изображение кота приносило ей радость, причём совершенно не скрываемую за антуражной шляпкой, закрывавшей глаза.

— Тоже мне, давай, уноси его обратно.

Понурив голову, дочка ласково потрогала его усы, стыдливо посмотрела в его глаза и погладила по жёсткой шёрстке. Тот будто нашел в девочке сострадание и не хотел её терять. Девочка не хотела терять его. Но взрослые были сухи к мольбам детей. Пришлось косастой девчонке отнести рыжего обратно на холод.

А жизни бег — суета. Это старуха узнала кота…

***

Старый домик в селе. За окном тишина.
Вечереет. Луна из-за тучи видна.
Отложив все дела и присев за столом,
В доме бабка беседует с рыжим котом.

Приходила к ней гостья сегодня с утра,
Намекала, что в путь собираться пора.
Но для Смерти противна людей суета,
Не пойдёт, так забрать обещала кота.

— Только день, — говорила, — на сборы тебе.
Ровно в полночь мы встретимся в этой избе.
И исчезла, оставив её выбирать,
Хоронить ей кота, иль самой помирать.

— Что же делать нам, друг? Без тебя мне не жить.
С кем же буду вот так по душам говорить?
Старый кот, ты один не протянешь и дня.
Нет зубов. С голодухи помрёшь без меня.

Возвратилась в ночи, говорит:
— Отвечай!
Я не в гости пришла, чтобы пить с вами чай.
Тороплюсь. Смерть, обычно, клиентов не ждёт.
Говори, ты со мною пойдёшь или кот?

И вздохнула старушка:
— В преддверьи зари забирай нас двоих,
только разом бери.
Я надеюсь, в раю или в месте другом,
С моим рыжим котом мы друг друга найдём.

Хохотала костлявая криком совы:
— Только Жизнь есть и Смерть… и, конечно же, Вы.
Рая нет и цветов, ада нет и огня.
Заберу вас двоих, раз так просишь меня!

Будет кот твой с тобой, я сведу вас опять
В жизни новой, коль сможешь его ты узнать.
По глазам, по усам, иль ещё как-то там…
Вместе сможете быть. Я вам шанс этот дам.

***

Если с улицы дочь вам притащит кота…
Не спешите ругать. Жизни бег — суета.
Смерть обычно не лжёт, её совесть чиста.
Может, это старушка узнала кота.

Дружба после смерти_Леонова
Автор сказки: Юлия Филиппова
Автор стихотворения: Лана Лэнц
Фото: Ольга Леонова

comments powered by HyperComments
количество просмотров 516
Система Orphus